Дмитрий Анатольевич, неплохо бы скинуться!

Направил письмо премьер-министру Дмитрию Медведеву и главе «Газпрома» Алексею Миллеру.
Полагаю, что они могли бы компенсировать питерскому бюджету хотя бы часть расходов на строительство стадиона. Чтобы не пришлось сокращать программу строительства школ, детских садов и поликлиник.
Откуда взять деньги в федеральном бюджете? Например, сократив расходы на «силовые» ведомства: эти расходы в России находятся на уровне воюющих стран.
Что касается «Газпрома», то и он может найти деньги. Например, отказавшись от покупки очередных дорогостоящих легионеров для «Зенита», стоимость которых измеряется миллиардами рублей. Не факт, что это отрицательно скажется на игре «Зенита». Напротив, шанс проявить себя получат вчерашние петербургские мальчишки. Кстати, подавляющую часть «золотого «Зенита» 1984 года составляли воспитанники ленинградского футбола.

Дмитрий Анатольевич, Алексей Борисович, неплохо бы скинуться на строительство стадиона. Это будет честно. 14054351_1045539845524193_7986849002881460369_o




Рассказать друзьям:

Школы, детсады и поликлиники — важнее стадиона

Это уже не смешно: на строительство злополучного петербургского футбольного стадиона опять не хватает денег. Почти трех миллиардов рублей. И их опять собираются брать из городского бюджета. На сей раз — за счет «урезания» расходов на строительство школ, детских садов, поликлиник и больниц.

Не так давно я предполагал, что очередную «прибавку» на строительство  попросят осенью. Недооценил опасность: попросили уже летом. И «прибавку» немалую: 2.6 миллиарда рублей. Это аванс, который взял отстраненный от дел бывший генподрядчик — «Инжтрансстрой-СПб», и не вернул. И неизвестно, когда вернет: возможно, питерским властям придется с ним судиться. Когда еще будет суд и что он решит — неизвестно. Когда деньги вернутся — тоже неизвестно. А начальство из Москвы требует достраивать стадион и мечет громы и молнии. Значит, надо откуда-то взять недостающие миллиарды. Откуда? Со строительства «социалки». Не с расходов же на содержание чиновников брать эти деньги, в самом деле…

На протяжении пяти лет не устаю повторять: жители Петербурга и так уже финансируют из своего кармана строительство одного из самых дорогих стадионов в мире. Оно ведется только за счет средств городского бюджета. Ни федеральный центр, ни ОАО «Газпром» (владелец ФК «Зенит», который будет пользоваться стадионом) не вносят ни копейки на строительство. Его целиком оплачивают петербуржцы, платя налоги, из которых складывается городской бюджет.

Теперь их начнут уговаривать: школы и детсады подождут, надо сперва достроить стадион, чтобы не ударить в грязь лицом перед чемпионатом мира, а уже потом вернуться к «социалке». Потерпеть ради выполнения важнейшей государственной задачи — достойного проведения главного футбольного праздника в мире.

Но надо понимать, что ценой этого терпения станут переполненные классы и группы в детских садиках, очереди в поликлиниках и трудности с госпитализацией. Почему горожане должны платить такую цену?

Я написал губернатору Георгию Полтавченко: нельзя принимать решения о «переброске» денег на стадион со строительства «социалки». Нельзя платить такую цену. Если надо заткнуть финансовую «дыру», которая образовалась после разрыва с «Инжтрансстроем» — обратитесь за деньгами в правительство России, ведь проведение ЧМ-2018 — задача не столько городской, сколько федеральной власти. И обратитесь к «Газпрому» — спросите: почему у Миллера есть деньги на возведение 500-метрового  «Лахта-центра», но нет денег на стадион для «Зенита»?

Мои прежние попытки заставить питерскую администрацию обратиться за деньгами на стадион к федеральному центру или «Газпрому» заканчивались неудачей: складывалось впечатление, что они боятся даже заикнуться об этом. Или боятся нарушить обещание бывшего губернатора Валентины Матвиенко, которая великодушно разрешила «Газпрому» не платить за строительство стадиона (хотя в 2004 году, когда все начиналось, предполагалось, что именно «Газпром» за это заплатит).

Может быть, теперь реакция Смольного будет другой? А если не будет — надо их заставить вести себя иначе. Уже создана петиция с требованием не «перебрасывать» деньги, не экономить на «социалке». Если правительство города будет рассматривать такой проект решения — обязательно приду на заседание и буду убеждать не принимать его. Не исключаю и обращения в прокуратуру — на мой взгляд, эта «переброска» сомнительна с точки зрения законодательства, ее нельзя реализовать без изменения закона о бюджете, а значит — без вынесения вопроса на рассмотрение Законодательного Собрания, которое соберется только после сентябрьских выборов.

Спорт — это замечательно. С удовольствием (если достану билет) приду посмотреть матчи ЧМ-2018. Но школы, садики и поликлиники — важнее. Экономить на них — недопустимо. Уверен: так думаю не только я, но и очень многие петербуржцы.




Рассказать друзьям:

Митинг в защиту Удельного парка

Друзья, спасибо всем, кто пришел сегодня на митинг в защиту Удельного парка! Уверен: вместе мы его отстоим. И придет время, когда не надо будет собирать митинги в его защиту — потому что мы с вами на выборах добьемся формирования такой городской власти, которая будет сохранять существующие парки и  скверы, а не прокладывать через них скоростные трассы или вырубать их ради строительства бизнес-центров.

Митинг удался, он прошел очень здорово, было много знакомых лиц, и было много тех, кто живет рядом с Удельным парком и хочет его защитить.

Было собрано 658 подписей в защиту парка. Коллеги из СМИ, учтите, пожалуйста (а то пишут, что было «200 человек»).

На митинге были активисты, многие из которых давно стали лидерами гражданского сопротивления власти — Наташа  Сивохина и Модест Соколов, Роман Шайхайдаров и Наташа Баланюк, Николай Лаврентьев и  Красимир Врански, Анастасия Плюто и Дмитрий Гусев, и другие. Были мои коллеги из «Яблока» — Михаил Амосов, Анатолий Голов, Тимур Гедеванишвили, Сергей Назаров, Сергей Трошин, Наталья Петрова, Юрий Багров. Были коллеги из «Справедливой России» — в том числе, Марина Шишкина  и Олег Нилов. Мы все вместе боремся за Удельный парк, и мы обязательно добьемся победы!




Рассказать друзьям:

Канцелярия, знай свое место!

Президент уволил одного главу своей администрации  — Сергея Иванова, — и назначил другого — Антона Вайно. Генерал-полковника КГБ-ФСБ сменил внук первого секретаря компартии Эстонской ССР.

И все начали обсуждать: а что это означает? Путин меняет старых соратников на новое поколение аппаратчиков? Изменится внутренняя политика — будет менее жесткой? Или, наоборот, более? Кого следующего переведут на другую работу?

На самом деле, не об этом надо говорить.

Говорить надо о чрезвычайно сомнительном статусе, который имеет орган под названием «администрация президента».

Об этом органе в Конституции написано лишь то, что он формируется президентом, и более ничего. Полномочия АП не установлены ни одним законом (более того, ни в одном законе она вообще не упомянута). Ее решениям, строго говоря, никто, кроме ее собственных сотрудников, не обязан подчиняться, она не имеет никакого права ничего в стране контролировать и ничего и ни от кого не может требовать.

В положении об АП, утвержденном указом президента, на нее возлагаются исключительно вспомогательные функции. По сути, это не более чем канцелярия президента, и теоретически, никого из граждан страны вообще не должно интересовать, кто этой канцелярией руководит, кто является его заместителями и какой глубокий политический смысл кроется в том или ином перемещении внутри нее. Потому что никакого легального влияния на происходящее в стране администрация президента иметь не должна.

Не должна — но имеет, как мы знаем. Она ни за что не отвечает — но во все вмешивается. Она стоит с табели о рангах не ниже (а то и выше) правительства. При этом ее  руководители которого назначаются кулуарным способом, по публично необъявленным критериям, но при этом считаются влиятельнейшими людьми в стране.

Не нужно больших усилий, чтобы вспомнить, что у нас уже был такой орган — сочетающий колоссальную власть и полную безответственность: аппарат ЦК КПСС и его «верхушка» в виде Политбюро. Ни в одном из советских законов нельзя было прочесть ни строчки о том, что решения этого органа обязательны для исполнения гражданами Советского Союза. Но все знали, что — это и есть высшая власть в стране, а вовсе не прописанные в Конституции Верховный совет и Совет министров…

Правительство — при всех претензиях у нему, — наделено не только властью, но и  ответственностью. Не только правами, но и обязанностями. Министров можно вызвать в парламент, министрам можно написать депутатский запрос, министрам можно выразить недоверие, наконец, правительство можно отправить в отставку. Другой вопрос — что нынешний парламент, формируемый во многом по лекалам президентской администрации, неспособен реально контролировать правительство. Но стоит придти другому парламенту — и положение дел изменится. А в отношении АП никакой контроль невозможен по причине ее непубличности и отсутствия у нее легальных полномочий. И к ответственности ее нельзя призвать, потому что она формально ни за что не отвечает. И отправить ее в отставку можно только вместе с президентом.

Моя точка зрения проста: АП в нынешнем виде не только не нужна, но и вредна.

Она должна быть распущена и заменена канцелярией, где будут принимать для президента бумаги, отправлять ответы и следить за исполнением поручений, и личным аппаратом президента, обеспечивающим его текущую работу — но без права вмешиваться в происходящее в стране, отдавать указания, вызывать на ковер, требовать и контролировать.

Кстати, точно такой же реорганизации требует в Петербурге и орган, именуемый «администрация губернатора».

Зачем губернатору «администрация»? Есть правительство города, есть комитеты и управления — они решают необходимые исполнительной власти задачи. Губернатору же нужна личная канцелярия и аппарат, обеспечивающий его работу — но не имеющий при этом никаких властных полномочий…

Канцелярия, знай свое место!

 

 

 




Рассказать друзьям:

Не стыдно быть в меньшинстве. Стыдно быть в стаде.

В «памятке для агитаторов» единороссы гордо заявляют, что их, де, поддерживает большинство, которое не может ошибаться.

«Двойка» по истории, господа.

Все развитие  человечества — непрерывная цепь ошибок большинства и правоты меньшинства.

Именно меньшинство стало ходить на двух ногах, в то время как большинство считало, что надо не выпендриваться и  ходить на четырех.

Именно меньшинство поняло, что к повозке можно приделать колесо, а к лодке — парус, что стрела, выпущенная  из лука летит дальше, чем брошенное рукой копье, что зерно, брошенное в землю, дает урожай, что Земля вращается вокруг Солнца, что пар может двигать корабли, а электричество — освещать дома и улицы, что можно летать без крыльев и передавать сигналы без проводов, в то время как большинство все это, в лучшем случае высмеивало.

В подавляющем меньшинстве были в свое время те, кто требовал отмены рабства и те, кто говорил о правах человека, равенстве и справедливости.

Тех, кто в 1968 году вышел на Красную площадь, было восемь человек.

А в зале заседаний Верховного Совета СССР во время очередного пароксизма государственно-коммунистического восторга остался сидеть один лишь Андрей Дмитриевич Сахаров.

Но именно они были правы — а не осудившее и освистывавшее их большинство.

И гордимся мы сегодня ими — а не их гонителями.

 

А в заключение — замечательная песня Юрия Лореса «Большинство и меньшинство».

 

Как были в меньшинстве, так и остались.
А миром правит тот же, кто Госзнаком.
Любезен большинству товарищ Сталин,
а меньшинству — Ботвинник с Пастернаком.
А меньшинство не строится рядами,
не ходит в ногу и не бьется лбом,
и в большинство никак не попадает,
никак не совпадает с большинством.

Какие времена! Какие нравы!
Проходит время — нравы остаются.
Вовеки те, кто больше, те и правы.
Так что же те, кто меньше, не сдаются?
Не верят в то, что сила убеждает,
и в то, что от толпы исходит свет.
Поскольку большинство меня пугает,
мне страшно оказаться в большинстве.

 

P.S. Уважаемые читатели, для тех, кому интересно — канал на Ютубе «Спросите Вишневского»: моя позиция по актуальным вопросам.

https://www.youtube.com/channel/UCKI9YS8ie9FGeEc5LrCe47A




Рассказать друзьям:

«Прибавить бы надо»

Злополучный петербургский футбольный стадион будет достраивать «Метрострой», легко выигравший конкурс (в чем никто и не сомневался). Прежний подрядчик — «Инжтрансстрой», — отстранен от работ, контракт с ним разорван. Смольный обещает, что к концу августа на стройке будет работать 3 тысячи человек (сейчас — втрое меньше), и до конца года строительство завершится.

Мне и это представляется слишком оптимистичным, потому что все ранее названные сроки обязательно срывались.

Напомню: в августе 2007 года губернатор Валентина Матвиенко обещала, что в марте 2009 года «Зенит» проведет на новом стадионе первый матч нового сезона. В апреле 2008 года сроком окончания строительства стали называть 2010 год. Затем 2011 год. Затем 2013 год. Затем конец 2014 года. Затем конец 2015 года. В ноябре 2015 года Смольный назвал новую дату  — 27 мая 2016 года, к Дню города. В мае 2016-го, когда день города прошел, а стадион еще не был построен, губернатор Георгий Полтавченко обещал, что в сентябре на стадионе пройдет первый тестовый матч, и «все работы будут завершены осенью текущего года». Теперь говорят про завершение до конца года…

Есть, впрочем, срок, за который сдвинуться не удастся — если Петербург хочет провести футбольный ЧМ-2018. Это июнь 2017 года, когда в России должен пройти Кубок Конфедераций — «репетиционный» турнир перед ЧМ,  причем на тех же стадионах. И если не достроят питерский стадион — матчи ЧМ в Петербурге не пройдут.

Следовательно, будут достраивать, невзирая ни на что. Особенно на деньги.

Стадион и так за десять лет подорожал почти всемеро: с 6.7 до 44 млрд. рублей, уверенно став одним из самых дорогих в мире. Почти в полтора раза дороже мюнхенской «Альянс Арены», равной ему по вместимости.

И стадион может подорожать еще. О чем прямо сказал, выступая не так давно вместе со мной в эфире радио «Балтика» сенатор Вадим Тюльпанов — глава временной комиссии по контролю за подготовкой к чемпионату мира по футболу-2018. Что, скорее всего, из-за смены подрядчика, задержки работ и необходимости уложиться в жесткие сроки понадобятся еще деньги. Миллиард-другой. И осенью 2016-го к питерским депутатам Законодательного Собрания придут и попросят еще денег.  Из бюджета города, как и раньше.

Поясню: единственный город в стране, принимающий ЧМ-2018, где футбольный стадион для чемпионата строится без участия средств федерального бюджета  — Петербург. За все платит только городской бюджет.

Городские власти еще при губернаторе Валентине Матвиенко великодушно позволили «Газпрому» (владельцу «Зенита») отказаться от первоначальной обязанности финансировать строительство стадиона, а при губернаторе Георгии Полтавченко эти договоренности  не стали пересматривать. Как не стали даже обращаться к федеральным властям за финансовой помощью для строительства стадиона. Все мои попытки, — путем депутатских запросов, — добиться от Смольного таких обращений  уперлись в глухую стену.

В результате город полностью оплачивает эту «стройку века». Выделяет все больше средств. Экономя при этом на метро, капитальном ремонте жилья, расселении коммунальных квартир, дотациях общественному транспорту и так далее. Кстати, уже сейчас нам обещают повышение платы за проезд в 2017 году — не допустить которого можно, предоставив соответствующие дотации транспортникам.

А теперь представьте себе, как осенью 2016-го в петербургском ЗАКСе (уже нового созыва) будут рассматривать бюджет города на 2017 год. И, скорее всего, будут убеждать «прибавить бы надо» денег на стадион, который надо достроить любой ценой.

Потому что важнейшая государственная задача. Потому что требует президент. Потому что еженедельно приезжает министр спорта. А транспорт, коммуналки и  капремонт могут подождать. Вот закончим стадион, и тогда — обязательно…

Что выберет новый ЗАКС? На что он предпочтет направить деньги налогоплательщиков? На стадион — или на то, чтобы не дорожал общественный транспорт, и жильцы коммуналок получили шанс из них вырваться?

Ответ на этот вопрос зависит от того, кого в этот ЗАКС выберут.

Тех, кто проголосует за все, что прислали из Смольного — или тех, кто критически оценивает эти предложения и может им сопротивляться, если они идут вразрез с интересами горожан.

Это —  к вопросу о том, как голосование влияет на жизнь.




Рассказать друзьям:

ФСБ против «Диалогов»

В конце июня 2016-го в Петербурге закрыли замечательный проект «Открытая библиотека. Диалоги», который вел Николай Солодников.

Самые разные люди, с разными взглядами (такие, например, как Лев Шлосберг и Максим Шевченко, Людмила Петрановская и Максим Кононенко, Алексей Венедиктов и Лев Лурье, Светлана Алексиевич и Александр Сокуров) приходили в библиотеку имени Маяковского в Петербурге на набережной Фонтанки и спорили между собой, отвечали на вопросы зала (как правило, битком набитого) — и это было необычайно интересно.

А потом в библиотеке прошел обыск — его провели сотрудники ФСБ, более того — службы по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом. Они изъяли документы и технику, и потребовали у администрации библиотеки информацию о  трудовом договоре Солодникова (он был заместителем директора библиотеки).

Николай после этого рассказал, что, оказывается, на протяжении полутора лет чекисты примерно дважды в месяц, проводили «беседы» с администрацией библиотеки о проекте «Диалоги», давая понять «нежелательность» проекта.

И проект был закрыт: он переехал в Ригу.  Другой площадки для него не нашлось. Да и находиться в Петербурге, — судя по проведенному обыску, — для Солодникова стало небезопасно…

 

27 июня я направил запрос начальнику петербургского УФСБ Александру Родионову, прося сообщить:

  1. Действительно ли сотрудники УФСБ проводили регулярные беседы с администрацией библиотеки о проекте «Диалоги», убеждая в «нежелательности» проекта?
  2. Если да, то на каких законных основаниях это происходило? Почему УФСБ берет на себя право определять «нежелательность» или «желательность» общественно-культурных проектов, и не есть ли это выполнение функций политического сыска?
  3. Действительно ли Вами давалось поручение о проведении в библиотеке оперативно-розыскных мероприятий?
  4. С чем связано данное поручение? УФСБ подозревает в экстремизме библиотеку или проект «Диалоги»?
  5. Какое отношение к борьбе с экстремизмом имеет проверка трудового договора Солодникова?

 

9 августа пришел ответ. Генерал-лейтенант  Родионов сообщил мне, что оперативно-розыскные мероприятия проводились по его поручению, и в связи с «получением информации о признаках противоправного деяния, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ».  Что обращения сотрудников ФСБ в библиотеку связаны с проверкой этой информации». И что сам по себе проект «Открытая библиотека» при этом чекистами не обсуждался.

Однако, статья 159 УК РФ это «Мошенничество», часть 4 – это «мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение».  Абсурд уже виден: где усмотрели «мошенничество»? В том, что Солодников получал зарплату в «особо крупном размере» (насколько я помню, 38 тысяч в месяц)? В том, что «организованная группа» (из Солодникова и его жены Екатерины Гордеевой) на свои средства (а также на средства друзей) приглашала участников «Диалогов», оплачивая им дорогу и гостиницу?

Далее, при чем тут ФСБ? Согласно  статье 151 УПК РФ, предварительное расследование правонарушений по статье 159 УК РФ проводится следователями органов внутренних дел. А вовсе не сотрудниками ФСБ. Какое они к этому имели отношение, — даже если бы «мошенничество» и было обнаружено?

Я считал, что в УФСБ имеются люди с юридическим образованием, которые должны уметь читать законы. Но, судя по ответу, либо их там уже нет, либо законы заменены желаниями начальства.

На вопросы о том, в каком «экстремизме» заподозрили «Диалоги», и при чем тут трудовой договор Солодникова, ФСБ вообще не ответило. Что касается уверения в том, что чекисты не обсуждали сам проект с сотрудниками библиотеки, и не называли его «нежелательным», то Солодников это категорически опровергает: еще как обсуждали!

Понятно, что подобный проект — со свободными дискуссиями на самые разные темы, с публичной конкуренцией разных точек зрения, без криков и ярлыков, разительно отличающийся от «вечеров с Соловьевым» и ему подобных пропагандистских мероприятий, — просто обязан был вызвать ненависть у ФСБ.

Видимо, было велено его закрыть — не обращая внимания на юридические формальности. Надавить, запугать, пригрозить уголовкой, устроить обыск — по логике «держать и не пущать».

К сожалению, пока эта цель достигнута.

Очень надеюсь, что лишь временно.

Буду предпринимать для этого все усилия.

«Диалоги» должны вернуться в Петербург.




Рассказать друзьям:

Допрос президента

Генеральная прокуратура намерена вызвать на допрос президента, секретаря Совбеза, экс-премьера и мэра столицы.

Нет-нет, не волнуйтесь, автор пребывает в здравом уме и ясной памяти.

И представление на назначение нового Генпрокурора еще не поступило в Совет Федерации.

И это вообще не у нас — это на Украине.

Это там Генпрокуратура намерена допросить президента Украины Петра Порошенко, секретаря СНБО Александра Турчинова, экс-премьер-министра Арсения Яценюка и мэра Киева Виталия Кличко — по поводу событий на Майдане в период января-февраля 2014 года. И пресс-служба Порошенко уже сообщила, что если Генпрокуратура обратится — президент обязательно даст показания…

Возможна ли в сегодняшней России подобная новость — независимо от того, в связи с чем собираются допросить президента и секретаря Совбеза?

Ответ тривиален.

Даже подумать об этом в Генпрокуратуре не осмелятся.

И ни одно СМИ не поверит в такую новость.

Но почему, собственно?

А потому, что именно этим правовое государство отличается от неправового.

В правовом государстве прокурор расследует деятельность президента (как когда-то Кеннет Старр расследовал деятельность Билла Клинтона во время «моникагейта»).

В неправовом государстве президент расследует деятельность прокурора (как когда-то Борис Ельцин при помощи Владимира Путина расследовал деятельность Юрия Скуратова во время «дела Мабетекс» и подозрений в коррупции в отношении  кремлевских чиновников).

Почувствуйте разницу.




Рассказать друзьям:

Дарья Васильева: В моём кругу есть очень хороший человек — Борис Вишневский

В моём кругу общения есть очень хороший человек. Настоящий демократ, по убеждениям, и по поведению. Это Борис Лазаревич Вишневский.

Обычно депутат — это птица заоблачная. До общения с простым народом не cнисходит. Дорогой пиджак, заносчивый вид, тридцать три помощника, играющих роль заградительного барьера от населения, и полная недосягаемость. Борис Лазаревич не такой. Человек в штормовке, с гитарой (сам — автор песен). Настоящий «шестидесятник» с походной юностью. Изобретатель — научный сотрудник-романтик, пришедший в политику «спасать страну» (так и спасаем до сих пор). Как видим, шёл он во власть не за привилегиями и преференциями, а по зову совести и бескорыстной воле.

Читать далее Дарья Васильева: В моём кругу есть очень хороший человек — Борис Вишневский




Рассказать друзьям:

Совет для учителей: как отправить Медведева в отставку

Печально известное высказывание премьера Медведева (мол, если учитель хочет зарабатывать — надо идти в бизнес) не вызывает ничего, кроме презрения к персонажу, за чью отставку в Интернете уже собрано около 235 тысяч подписей.

Но вряд ли Путин, не считающий нужным принимать решения в соответствии с общественным мнением, сменит премьера, который доказал свою верность, четыре года карауля для патрона президентский пост. Да и на кого он его сменит? На очередного генерал-чекиста, умеющего только хватать и не пущать? На Шувалова с его «реактивной летающей псарней» (как метко выразился мой друг и коллега по «Яблоку» Алексей Мельников)?

Дорогие учителя, можно я дам Вам небольшой совет — как действительно отправить Медведева в отставку? И не только его?

В первую очередь, для этого нужны честные выборы.

И именно Вы можете сыграть в этом важнейшую роль!

Большинство избирательных участков располагается в школах, и многие избирательные комиссии формируются с участием учителей (и других «бюджетников»).  И нередко на членов избиркомов начинает «давить» администрация района или города, стремящаяся обеспечить на выборах нужный ей результат. О том, как это происходит, в свое время рассказала учительница Татьяна Иванова из Петербурга, сообщившая, как чиновники «инструктировали» учителей, фактически требуя  организовать фальсификации на выборах.

А потом у власти оказываются совсем не те, за кого голосовали люди. Именно они потом принимают решения, от которых зависит наша жизнь. Именно они потом так расставляют приоритеты в государстве, что охранка и жандармерия оказываются важнее, чем образование и наука.  Именно они потом советуют «держаться», несмотря на отсутствие денег, или «идти в бизнес», если работа по призванию оплачивается государством по остаточному от «силовиков» принципу. И именно они потом организовывают фальсификации на выборах, чтобы сохранить свою власть…

Дорогие учителя, хотите разорвать этот порочный круг? Хотите сменить не только этих людей, но и Систему, которую они построили?

Для этого нужно не только соответствующее голосование на выборах. Для этого нужно, чтобы никто не посмел фальсифицировать их результаты. Для этого нужно, чтобы любая попытка заставить членов избирательных комиссий выгнать независимых наблюдателей, закрыть глаза на «вбросы» бюллетеней или переписать протоколы голосования встречала категорическое сопротивление. В том числе, у тех из Вас, кто будет входить в состав избиркомов.

Вы можете поставить непреодолимый барьер на пути фальсификаций.

И тогда после выборов у нас будет совсем другой парламент, другой премьер-министр, другие законы и другая страна.




Рассказать друзьям: